Профсоюзы против Владимира Бурлая

или Почему в запорожских больницах не работают законы Украины 

«Удельное Княжество (удел) - на Руси 12-16 вв. - составная часть крупных великих княжеств, управлялось членом великокняжеской семьи», - дает справку Большой Энциклопедический Словарь. Удельные князьки часто своевольничали и устанавливали свои порядки на вверенных им территориях, что нередко приводило к кровавым разборкам между ними и их сюзеренами. Нечто подобное происходит сегодня в Запорожской городской клинической больнице экстренной и скорой медицинской помощи (ЗГКБЭСМП), более известной как 5-я горбольница, которую с 1996 года возглавляет Владимир Бурлай. Там разгорается очередной скандал, на сей раз связанный с профсоюзами. Князюшка «Бурлай Красно Солнышко» своим повелением фактически запретил работу Независимого первичного профессионального союза работников скорой медицинской помощи (НППСРСМП).

Запорожская городская клиническая больница экстренной и скорой медицинской помощи это не только больничные корпуса, расположенные возле Парка Победы в Орджоникидзевском районе, и работающий там персонал. Ее структурными подразделениями являются подстанции «Скорой помощи», оказывающие медицинские услуги запорожцам. В ЗГКБЭСМП существует два профсоюза, один из них, скажем так, традиционный, славный наследник профсоюзных порядков времен СССР, и независимый, в состав которого входят около 450 членов. Это сотрудники именно «Скорой помощи» - врачи, медсестры, санитарки и водители. У независимого профсоюза сложились непростые отношения с главврачом 5-горбольницы Владимиром Бурлаем и его ближайшим окружением. Противоречия между владельцами, а также администрациями предприятий или учреждений и профессиональными союзами - обычное дело, вызванное объективной разницей интересов. Но когда глава коммунального учреждения путает «своих баранов с государственными» и незаконно сметает на пути тех, кто в определенном законом порядке отстаивает свои интересы, это, мягко говоря, недопустимо.  

Больше трех не собираться!

11 мая 2011 года появился замечательный приказ по Запорожской городской клинической больнице экстренной и скорой медицинской помощи № 187 за подписью главврача этого заведения Владимира Бурлая. Публикуем его полный текст:

 

Отметим для себя мотивировочную часть документа – к не подозревающему о кознях коварного независимого профсоюза работников скорой помощи Владимиру Захаровичу Бурлаю обратились заведующие подстанциями. Оказывается, профсоюзные деятели, нарушая субординацию (помните бессмертные слова Дикого прапора из ДМБ-98? -  «У нас субординация и выслуга лет!»), принципы этики и деонтологии, вмешиваются в работу СМП (Скорой медицинской помощи).

Особо ужаснуло автора этих строк, что профсоюзы действуют без всякой деонтологии. Бравый солдат Швейк вспоминал слова своего армейского командира: «Наш обер-лейтенант Маковец всегда говорил: «Не будь дисциплины, вы бы, как обезьяны, по деревьям лазили». Вообразите себе сквер, скажем, на Карловой площади, и на каждом дереве сидит по одному солдату без всякой дисциплины. Это меня больше всего пугает», - делился переживаниями герой Ярослава Гашека. А представьте медиков «Скорой», сидящих без деонтологии на ветвях деревьев, скажем, парка Пушкина. Кошмарная картина, согласитесь. Но о деонтологии позже.

Занятна и сама форма подачи необходимости приказа. У многих, живших при Советском Союзе, сладостно, вплоть до необходимости оказания скорой медицинской помощи, сжимается сердце. Как же, группа (трудящихся, ученых, деятелей культуры, нужное подчеркнуть), обратилась в (ЦК КПСС, Совмин, местком (нужное подчеркнуть) с требованием (расстрелять, как бешенных собак, повысить цены на предметы роскоши, водку, дать отпор зарвавшимся империалистам, лишить гражданства, нужное подчеркнуть). И, идя навстречу пожеланиям избранной группы, Владимир Захарович издает приказ, из которого следует:

- Представителям общественных организаций (имеются в виду независимый профсоюз, конечно) на совещаниях давать слово только после письменного согласования. 

Непонятно, с кем необходимо согласовывать – с администрацией, охранниками или уборщиками подстанций. Но, главное, что согласовывать – тему и текст выступления или саму возможность выступления. Неопределенность дает руководителю совещания, а это обычно главврачи подстанций, на свое усмотрение трактовать положение пункта 1.1 приказа № 187 по «удельному княжеству» Владимира Бурлая. Очень своеобразная трактовка на право свободы слова, гарантированное Конституцией Украины, не так ли? 

- Пункт 4 гласит, что нельзя отвлекать сотрудников «Скорой» от их непосредственной работы или снимать их с работы для исполнения гражданских обязанностей. Также запрещено созывать собрания и совещания, не связанные с производственным процессом. 

Ай-яй-яй! – подумали мы. Действительно, как можно допустить, что в то время, когда родственники или незнакомые люди пытаются вызвать «Скорую помощь» для спасения жизни больного, НППСРСМП на своих собраниях распределяет путевки на Мальдивы?

- Озадачил п.3 распоряжения Владимира Свет Захаровича. Согласно ему, всем  работникам ЗГКБЭСМП запрещается проводить любые собрания! «Всем работникам больницы запретить собрания и другие мероприятия, которые не связаны с исполнением непосредственных служебных обязанностей» - строго говорится в приказе. Заметьте, речь даже не идет о рабочем времени. Всем сотрудникам 5-й горбольницы господин Бурлай фактически запретил собираться, чтобы обсудить погоду или участвовать в открытии парка Победы, например. Ведь это вопросы, которые не касаются исполнения непосредственных служебных обязанностей. Между тем, Основной Закон Украины дает право на свободу собраний.    

Чтобы разобраться, как профсоюзы вредительски вставляют палки в колеса «Скорой», мы решили обратиться к Анатолию Сидоренко, председателю НППСРСМП.

 Давление

Анатолий Анатолиевич, врач Хортицкой подстанции «Скорой помощи», рассказал, что собрания ни в коем случае не проводятся в ущерб профессиональной деятельности. Задействуют только тех людей, которые не находятся на вызове. Кроме того, в коллективном договоре предусмотрено, что членам профкома и профорганизаторам выделяется два часа в неделю для выполнения ими общественной работы в интересах трудового коллектива. Разумеется, эти два часа предоставляются в рабочее время, иначе кто бы спрашивал разрешения у Владимира Захаровича на проведение собрания, например, в выходной день или после работы?

 

И потом, что стоит за обвинением НППСРСМП во вмешательстве в непосредственное управление подстанций «Скорой помощи»? Анатолий Сидоренко привел ряд примеров, вызвавший монарший гнев:

«Имеющиеся машины «Скорой» или рассыпаются от старости, или мало пригодны для транспортировки больных. Бурлай за бюджетные средства закупил автомобили, но в грузовом варианте. Я не знаю, был ли тендер… Наши водители пытались что-то переделать, но ничего не вышло. Подвеска машин такова, что больного трясет на всех ухабинах. Чтобы разобраться с этим вопросом, я, как член клинико-экспертной комиссии пытаюсь поставить этот вопрос на ее заседании, но мне слова не дают сказать! А на последнем совещании зам. главврача ЗГКБЭСМП  Баранник решил меня из этой комиссии исключить, потому, что я «слишком много говорю». Правда, после того, как я обратился к начальнику управления по вопросам охраны здоровья Запорожского горисполкома Надежде Севальневой, Владимир Бурлай снова включил меня в состав КЭК.

В этом статусе я приехал в Заводскую подстанцию «Скорой медицинской помощи». Я задал вопрос заведующей, Эмме Михайловне Ермоленко, почему до сих пор протекает единственный кран, в раковине которого моют руки и врачи, и водители, и запчасти к автомобилям, и шприцы. Рядом висят оголенные провода. Она меня оскорбила и спросила: «Кто вы такой» и настояла на том, чтобы я покинул территорию подстанции. 

По штату в Запорожской городской клинической больнице экстренной и скорой медицинской помощи должно состоять более 300 врачей «Скорой помощи». Фактически их вдвое меньше, но городской бюджет выделяет деньги на зарплату полного штата. Я задаю вопрос – что с фондом экономии заработной платы? Где деньги, которые позволили бы поднять оплату труда врачей «Скорой», так как объем работы они выполняют вдвое больше положенного?

Сейчас главврач Бурлай одним приказом решил лишить нас возможности общаться с людьми и рассказывать, что у нас вообще происходит в 5-й горбольнице. Я 14 мая прибыл в Заводскую подстанцию. Это случилось после общения с заместителем мэра Юрием Коптюхом. Он мне сказал: «Анатолий Анатолиевич, пойдите на подстанцию, успокойте людей. Расскажите, что была выделена сумма на ремонт этой подстанции. Я прихожу туда, а заведующая  говорит: «Покиньте помещение!». Спрашиваю, почему? А она: «Вы что, не читали приказ?». При этом я как председатель профсоюза имею право и обязан осматривать условия работы наших сотрудников. Она добавила: «Те люди, которые будут вас слушать, получат наказание». За что? «За то, что объявили, что пришел председатель независимого профсоюза, чтобы сделать объявление».

В тот же день еду на Левобережную подстанцию на проспекте Металлургов, заведующая Лариса Рындина. Мне сотрудники подстанции сообщают: Анатолий Анатолиевич, нам с вами запретили разговаривать под подпись». Подписи ставились под приказом Бурлая № 187. Хотя в самом приказе нет запрета на общение со мной, но заведующая, со слов ее подчиненных, сделала это в устной форме. 

Я спрашиваю: «Лариса Иосифовна, что происходит?». Она ответила: А я не буду с вами общаться на производственные темы. Вы общественная организация, занимайтесь тем, чем вам положено». Но профсоюз и создан для того, чтобы решать производственные вопросы. Условия труда, охрана труда, производственные травмы – все это входит в круг наших прав. Но на этом разговор был окончен.

Получается так, что люди, присутствующие на оперативках, согласно приказу, не могут без разрешения заведующего подстанцией поднимать больные вопросы. А для чего тогда профсоюзы существуют?».

Секретные материалы, платная медицина и бесплатная смерть

Корреспондент «Запорожского времени» поинтересовался, насколько ощутима поддержка медиков или пациентов 5-й горбольницы за счет созданного Владимиром Бурлаем благотворительного фонда «Скорая помощь», о котором мы не один раз писали. Анатолий Сидоренко ответил, что это тайна за тремя замками:

«Можно было бы, как в других городах, хотя бы раз в три месяца вывешивать объявление – было сдано в Фонд столько-то денег. Было куплено столько-то лекарств и оборудование. Этого нет. Зато есть приказ, который запрещает профсоюзам вмешиваться в хозяйственную деятельность 5-й горбольницы. Мы имеем право контролировать, но не вмешиваться. Как это?».

Этим приказом и рядом других действий Владимир Захарович прямо говорит: «Не суйте нос не в свое дело. «Как нам сказали, ребята, вы должны организовывать праздники, поздравлять чернобыльцев, ветеранов в день Победы, проводить утренники. Но это же не основная задача профсоюзов», - говорит Анатолий Сидоренко.

А деньги в благотворительном фонде «Скорая помощь» крутятся немалые. Как уже сообщало «Запорожское время», мать одного из пациентов уплатила 1500 гривен за операцию, расписавшись в неком журнале. Предположительно, в журнале поступлений пожертвований в Фонд, иначе – это прямая улика в предоставлении платных услуг в коммунальном учреждении, где лечение вообще-то должно финансироваться из городского бюджета. Гроссбух распух. Распух от количества страниц и цифр, в нем отраженных. Ну, ладно, отдаются деньги и ставиться роспись в условиях относительной добровольности, когда плательщик, озабоченный здоровьем и жизнью родственника или близкого, менее всего интересуется, куда он платит. А что делать тем, у кого нет необходимой, с точки зрения некоторых подчиненных Владимира Бурлая, суммы?

Анатолий Сидоренко предоставил в распоряжение редакции документ, из которого следует, что в феврале этого года в 5-ю горбольницу был доставлен Малышев Игорь Николаевич. Он на момент доставки был в сознании, свободно дышал, разговаривал и пытался вставать с кушетки приемного отделения. Со слов родственника Малышева, Алексея Черноуса, пришедший врач-реаниматолог первым делом поинтересовался, есть ли деньги на лечение доставленного пациента. Услышав отрицательный ответ, он посоветовал найти деньги и ушел, сославшись: «Меня ждут». Никакой помощи больному оказано не было. 

Через три часа (!!!) 40-летний Игорь Малышев скончался. Об этом факте, который не содержится в документе Алексея Черноуса, рассказал нам председатель независимого профсоюза работников «Скорой помощи». Вообще-то дело попахивает статьей Уголовного Кодекса за преступление, состоящее в неоказании помощи человеку, находящемуся в опасном для жизни или здоровья состоянии. 

 

Кто кому деонтолог?

Как обещали, вернемся к таинственной деонтологии. Википедия дает такую трактовку этого малопонятного для большинства обывателей термина. Деонтология, которую якобы нарушает независимый профсоюз «Скорой помощи», это:  «(от греч. δέον — должное) — учение о проблемах морали и нравственности, раздел этики.

Медицинская деонтология включает в себя:

- Вопросы соблюдения врачебной тайны

- Меры ответственности за жизнь и здоровье больных

- Проблемы взаимоотношений в медицинском сообществе

- Проблемы взаимоотношений с больными и их родственниками

- Интимные контакты между врачом и пациентом, возникающие в период лечения».

Если публичные высказывания лидеров НППСРСМП о недостатках и грубых нарушений со стороны администрации 5-й городской больницы, особенно в области прав сотрудников этого коммунального учреждения, является разглашением священной врачебной тайны, то нужно признать правомерность появления приказа господина Бурлая № 187. Должно быть, врачебная тайна распространяется и на частный фонд «Скорая помощь», и те, кто к ней причастен, должен руководствоваться принципами, изложенные в стихотворении шотландского поэта Роберта Стивенсона: «А мне костер не страшен, пусть со мною умрет моя святая тайна, мой вересковый мед».

Нам ничего не известно об интимных контактах членов независимого профсоюза и его руководства с пациентами. А вот то, что касается меры ответственности за жизнь и здоровье больных, проблемы взаимоотношений в медицинском сообществе и взаимоотношений с больными и их родственниками, то, судя по изложенному выше, претензии, скорее, стоит предъявить руководству Запорожской городской клинической больнице экстренной и скорой медицинской помощи. 

Так что кто там кому Рабинович, пардон, деонтолог – большой-большой вопрос.

Наша справка: В приказе главврача 5-й горбольницы Владимира Бурлая имеет место нарушение ст. 245. КЗоТа:  «Работники имеют право участвовать в управлении предприятиями, учреждениями, организациями через общие собрания (конференции), советы трудовых  коллективов, профессиональные союзы, действующие в трудовых коллективах, другие органы, уполномоченные трудовым коллективом на представительство, вносить предложения по улучшению работы предприятия, учреждения, организации, а также по вопросам социально-культурного и бытового обслуживания».

Помимо этого, ст. 27 Закона "Про професійні спілки, їх права та гарантії діяльності" говорит, что профсоюзы имеют право на собрания и пр., не регламентируя время, а ст. 41 этого закона говорит, что профсоюзные деятели имеют право в рабочее время выполнять профсоюзные обязанности. Соответственно, профсоюзные собрания в рабочее время – законны.

Продолжение следует…

Дмитрий Карелин

Редакция сайта "Запорожское время" просит считать данную публикацию официальным обращением в правоохранительные органы. Мы надеемся, что изложенные в материале факты заинтересуют сотрудников МВД и прокуратуры, и после соответствующего разбирательства, получат адекватную правовую оценку. 

Теги: 5-я городская больница Бурлай запорожье здоровье медицина профсоюз трудовое законодательство

---

2011-05-16 12:49:23

Tweet

[Версия для печати]